A · Saucerful · Of · Secrets

Но в данный момент мне вовсе не хочется писать о политике. Хочется пописать о другом. О том, например, кем был я в 2000 году и кем стал ныне...

2000-й год... теперь он для меня как в тумане. Что было со мной тогда? Родившиеся в тот год тепреь учатся в первом классе, осваивая премудрости школьного бытия. У них своя жизнь и своё время, они - другое поколение. Но я успел ли приметить как прошли эти восемь лет? Едва ли. Я не умею следить за временем.
Этот год я встречал в санатории "Голубые озёра", а проводил дома, у праздничного стола перед телевизором, год моего увлечения роком, год бездумного лета (без руля и без вертил) в Муромцеве, год, когда я успел "полежать" в больнице №15 на Варшавке (это для армии, вернее, чтобы не быть там; быть в таком заведении было для меня невыносимо, но школа после этого показалась мне безумно скучной), ещё один год (м)учений в нелюбимой школе... больше ничего не вспоминается.

Сказано, что один в поле не воин. К Гергиеву, похоже, это не относится. Он может воевать на много фронтов и одновременно и выглядеть при этом победителем.

Зал постепенно наполнялся людьми. Тут мне припомнился концерт "Нави" летом 2006 года и я подумал, что небольшие залы создают особое настроение, сближая слушателя и исполнителя.
Постепенно люди расселись. После погас свет. А ещё через некоторое время под аплодисменты зала вышла женщина с гитарой. Это была Елена Фролова. Свой концерт она начала с небольшой вступительной речи. Как эта речь была непохожа на митинговые речи. Всё говорилось от сердца и сочинялось тут же, а оттого звучало несколько сбивчиво. Но как эти слова слушались... (я записал эту речь на фотоаппарат: если хотите могу опубликовать).
А когда она закончила речь, настала тишина. Это была особая тишина: никто и не шелохнулся, когда Елена Фролова настраивала гитару. И вот она запела... Я не помню, что это была за песня - такова моя память, помню только что она очень понравилась.
А далее были другие песни на стихи Цветаевой. Я не слышал ранее ни одной из них. Но все они были волшебными, если так можно выразится. Казалось, Фролова творит чудо на сцене ... или что-то к нему близкое.
А потом она взяла в руки гусли, которые лежали на стуле недалеко от неё, и стала петь и играть в фольклорной манере. А как мне звучала скифская песня, сопровождаемая окриком "Э-хэ-хэ-хэй". Это даже мне не забыть.
А закончился первое отделение песней на слова Леонида Губанова, строка из которой и дала название концерту.
В перерыве люди обсуждали концерт (я не обсуждал - не кем было) а ещё покупали новые диски Елены фроловой (Я не покупал - денег не было, вернее были, но по извечной моей "расторопности", остались дома).
Во втором отделении я решил быть не внизу (в партэре), а вверху. Благо наверху свободные места были. Недалеко от меня сидели две женщины лет 40-50 и тихо обсуждали песни Елены Фроловой. Первая говорила, а вторая слушала. Здесь я не заметил восхищения, я слышал: "профессионализм растёт, а ...". Одним словом, не ругали, но и не хвалили. Да, плохо быть слишком умным и знающим. Появление Фроловой на сцене прервало их разговор. Теперь она была не в красных одеждах, а в бело-чёрных. Стула с гуслями уже не было.
Второе отделение началось с уже знакомой мне "Охватила голову и стою...". Были и другие известные мне песни, например "Когда-нибудь, прелестное созданье, я стану для тебя воспоминаньем". А ещё я услышал песню: "Всюду бегут дороги, По лесу, по пустыне...". Её я слушал с другой мелодией в исполненни Н. Караченцева в фильме "Петербургские тайны".
Дальнейшее описание этого концерта я почитаю бессмысленным зане слишком мои слова неспособны описать всё очарование того концерта. Я нескоро его позабуду. Но ещё труднее мне будет забыть то, как Фролова пела свои песни. Такого я не видел. Конечно, я мало хожу на концерты и мало что вижу. Надо всё-таки почаще.