Sadness

С чем не хочет бороться Кураев.

Борис Соболев: "Аудитория всех научных, культурных и религиозно-просветительских программ в стране уже в 8 раз меньше аудитории одной лишь "Битвы экстрасенсов". Все эти территории призраков, мистические истории не только нас оглупляют, но и обманывают, выдавая спектакль за правду".



Интересно и признание Башарова: "Не надо мне верить"! Цирк да и только. А вот бывшему диакону Кураеву весь этот отупляющий астрал с явно либеральным душком (подлинные патриоты бы не позволили так издаваться над собственным народом) уже совсем не интересен. Ему интересна только борьба с Патриархом Кириллом, гражданской властью и конечно же с Русской православной церковью. Что бы он ни говорил, то он оказывается как в одной шеренге с авторами "Битвы экстрасенсов", "Домом 2" и Навальным ибо все они по сути своей слуги глобалистского либерального интернационала. Весьма интересный финал для того, кто подавал себя как сторонника и Церкви и науки. Теперь он согласен разрушить и то и другое во имя своих обилок.
Sadness

(no subject)

Вячеслав Огрызко: "Ну кто теперь анализирует современные художественные тексты? По-моему, одна Валерия Пустовая. Ну, иногда ещё Роман Сенчин. Почти исчезли качественные газетные и журнальные рецензии. Появился новый, весьма поверхностный жанр. Я бы назвал его «заметки-продвижения». Большинство изданий уже не ставит главной целью делать профессиональный разбор той или иной книги. Главное для них – пропихнуть эти книги в торговлю, организовать большие продажи. Соответственно многие критики уже не прочитывают произведения от корки до корки, а, как правило, лишь бегло их просматривают, выискивая в них одну желтушку.

С другой стороны, в тех изданиях, в которых ещё сохранился интерес к литературному процессу, резко упало качество литературно-критических статей. Ведь всё разбились на кучки и группировочки. «Свои» в этих группах неприкосновенны, но можно сколько угодно долбить «чужих». Однако это страшно искажает реальную картину текущего литературного процесса. Многие главные редакторы журналов, публикуя хвалебные отклики на посредственные книги близких им авторов, видимо, рассчитывают тем самым упрочить свое положение в литературе. Но они, как правило, ошибаются. Посредственности первыми же и предают. Сколько раз такое случалось в нашей истории. Могу привести и совсем свежие примеры. Из года в год журнал «Наш современник» прославлял Надежду Мирошниченко, Светлану Сырневу, Николая Иванова, Николая Дорошенко, Геннадия Иванова. А за что? Кто по доброй воле читал их книги? А когда Куняеву потребовалась их поддержка, все они проголосовали на съезде писателей России не за нового реалиста Сергея Шаргунова, а за совершенно бесцветные кандидатуры.

Надо всегда писать только правду. Нельзя какую-нибудь галиматью выдавать за шедевры. А у нас почти все критики боятся испортить отношения – как с чиновниками, так и с коллегами. Вы когда-нибудь в статьях Дмитрия Бака о современных поэтах встречали критические разборы? Никогда. У Бака, похоже, такое правило – отмечать только положительные стороны. Но даже у классиков случались сбои. А что говорить об Арсении Тарковском. Это был весьма неровный поэт. И почему об этом ни слова? А потом удивляемся, почему люди перестали доверять оценкам литературных критиков. Прямо впору задаться сакраментальным вопросом: а судьи кто?

Удивляет меня и другое: почему у нас очень часто хорошая качественная актуальная литература выдается за современную классику? Такое впечатление, что критики до сих пор не могут разработать новый инструментарий. Возьмите любую уважающую себя газету. В каждом её номере обязательно должен быть "гвоздь". Но как долго этот гвоздевой материал будоражит народ? Два-три дня. Может, неделю. Иногда месяц. Но потом один гвоздь вытесняется другим, более свежим и резонансным. И это нормально. Нечто подобное происходит и в литературе. Вспомним, как в начале горбачевской перестройки полстраны бегало и искало «Имитатора» Есина. Это было очень актуально. А дело в том, что критика объявила в принципе одноразовую, но модную книгу чуть ли не гениальной. А что там было гениального? Картина повторилась через пять или семь лет. Есин первым в повести «Стоящая в дверях» рассказал об обманутом народе, который в 1991 году ошалевшим бегал по митингам. Это было актуально и свежо, но, простите, не гениально. Сегодня эту повесть вспоминают разве что историки литературы. Сегодня на щит поднимается повесть «Петля» Романа Сенчина. Как же! Там вся правда про Прилепина, Бабченко, Шаргунова, других новых реалистов, только замаскированных под вымышленные имена. Но насколько мастерски выписаны герои? Повторю, актуально не всегда значит гениально."
Sadness

(no subject)

Пожалуй, ныне ЖЖ-дневники действительно стали дневниками, в том плане, что их кроме авторов почти никто и не читает. А вся активность некогда известнейших авторов ЖЖ переехала в фэйсбук и во вконтакт.

Ну а меня с наступлением нового 2021 года посетила мысль о том, что я по-видимому слишком мало обнимался с самыми разными людьми. И недостаточно с ними общался. А боясь делать ошибки, я не сделал м ноги чего полезного. Как то так.

Но жизнь продолжается. И ещё нечто значимое в непременно должно произойти.
Sadness

Андрей Ваджра: "Пришло время пришло бить первыми..."



PS. Весьма примечательно для меня, что модель поведения президента Лукашенко очень похожи на модель поведения протодиакона Кураева: детство, юность и молодость в СССР, получение советского (и только советского!) образования и квалификации, встроенность в советскую систему. Патриотическая, националистическая, антизападная и пророссийская риторика в 90-е и 2000-е, а затем резкий западнический переворот в 2010-е, при это без формального отказа от национализма. Видимо как советскому интеллигенту, так и советскому чиновнику (пусть даже в ранге "председателя колхоза") едва ли не предписано быть "низкопоклонником" перед западом.
Sadness

(no subject)

Патриарх Кирилл запретил протодиакона Кураева в служении.

Кураев в своё время был, пожалуй, ведущим богословом нашей поместной Церкви. Он прекрасно знал не только богословие, но и философию и религиоведение, был сведущ в истории, написал много интереснейших книг.

Но потом случилось то, после чего остаётся только Шекспира цитировать: "Какого обаянья ум погиб! Соединенье знанья, красноречья и доблести, наш праздник, цвет надежд, законодатель вкусов и приличий, их зеркало... всё вдребезги. Всё, всё..."

В 2014 году он превратился в какое-то злобное мстительное существо, а про богословие вспоминал только тогда, когда надо было кого то уличить в ошибке и затем облить грязью.

Процитирую и слова митрополита Антония (Хрповицкого), сказанные о Сергие Булгакове: "Ведь это очень умный человек, один из самых умных на свете. Он понимает многие вещи, которые понятны только очень немногим. А это страшно гордит. Трудно не возгордиться, если ты знаешь, что вот это тебе ясно и совершенно понятно, а никто кругом понять этого не может. Это сознание возносит и гордит. Только Божия благодать, привлекаемая смирением, которого у о. Сергия по-видимому не хватило, только она может защитить душу от такой гордости"...

Увы увы! Богословская образованность, за которую некогда так ратовал Кураев, от падений ничуть не спасает.
Sadness

(no subject)

Не стало протоиерея Всеволода Анатольевича Чаплина. Новость тем более неожиданная, что почил он отнюдь не в старческом возрасте - ему был всего лишь 51 год! Несмотря на такой возраст, Московскую Патриархию и 1990-х и 2000-х и первой половины 2010-х без него представить едва ли возможно.

Хотя он и не был глупым человеком, но его заявления, часто непродуманные, грубоватые и излишне эмоциональные, отшатнули от Церкви многих людей. Трудно сказать, почему так получалось. Но в любом случае, Всеволод Чаплин был ярким и неповторимым, а ныне в Патриархии пришло время бесцветных администраторов. Может быть, оно и к лучшему. А нам остаётся только гадать о том, сколько тайн он унёс с собой в могилу.

Отмечу ещё один факт: уходят (кто на покой, кто в опалу, а кто и в вечность) те, кто делал церковную политику в 1990-е - 2000-е годы. Их сменяет совсем другое поколение церковных чиновников. Так что 2020-е годы в жизни Русской Православной Церкви будут совсем иными. Какими именно - посмотрим.
Sadness

Вопросы протоиерею Георгию Ореханову, который я уже никогда не задам

В ночь на 20 января 2020 года на 58-м году жизни отошел ко Господу профессор кафедры общей и русской церковной истории и канонического права, доктор церковной истории, доктор исторических наук, проректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета по международной работе, клирик храма святителя Николая Мирликийского в Кузнецкой Слободе г. Москвы протоиерей Георгий Ореханов.

20 января в Никольском храме в Кузнецах, куда был доставлен гроб с телом усопшего, была совершена панихида. Она была назначена на 16.00, но началась только в 16:27, видимо по причине московский пробок. Коль скоро мне так и не довелось лично присутствовать ни на одной из его лекций, я не мог не посетить панихиду по нему.


Почивший протоиерей Георгий написал действительно ряд важных трудов по истории Русской православной церкви в XX веке. Для меня важнее всего из его трудов была тема Лев Толстой и Русская православная церковь. Толстой, как известно, был анафематствован, и это, казалось бы, должно раз и навсегда закрыть эту тему для православного христианина: он осуждён, и всё написанное им теперь можно воспринимать только с позиции осуждения и опровержения, а ещё лучше про это всё вообще не вспоминать. С позиции людей светских, казалось бы, всё тоже абсолютно ясно: Русская православная церковь осудила великого писателя и гуманиста, чем ещё раз доказала свою косность и дремучесть.

Но только в жизни всё как правило бывает сложнее и запутаннее, чем в идеологических схемах. Дело в том, что существовало как бы два Толстого: Толстой-художник и Толстой-проповедник. Кстати, в этом он оказался очень похож на Гоголя, который хоть и выступал в отличие от Толстого защитником Церкви, но в них обоих проповедник сначала убил художника, а затем и свёл каждого их них в могилу. И вот вот протоиерей Георгий Ореханов деятельно пытался разобраться во всём клубке тогдашних противоречий. И главнейшая его заслуга в том, что он, не оправдывая ошибок Толстого, по сути реабилитировал его книги для православного читателя, а также сделал Русскую православную церковь ближе и понятнее для светских ценителей Толстого.

Но всё же я хотел спросить лично у него о том, что Толстой и его творчество способно дать верующему христианину, что в первую очередь надо читать из его сочинений. Почему в оценках Толстого не правы ни религиозные, ни антирелигиозные активисты - я конечно понимаю почему, но одно дело мои прикидки, а другое дело мнение специалиста, который занимался этим вопросом не менее 20 лет.

Отпевание почившего протоиерея Георгия состоится в Николо-Кузнецком храме 22 января.